Туристический портал о внутреннем туризме России и СНГ

Когда православный паломник посещает Грецию и ее памятники классического периода, то возникает вопрос: “Как мне относиться к языческой Греции?”

Насколько позволяют судить лучшие из дошедших до нас образцов классической греческой философии и литературы, поиск истины греками-язычниками заслуживает уважения. И хотя их верования искажены нечистыми и недостойными представлениями, неутоленная жажда поклонения истине вдохновила их на создание таких образцов воплощения земной красоты, которым мало равных. Она вела их к познанию чего-то большего, подобно тому, как астрология вела волхвов. Это происходило потому, что пантеизм греков, заблуждавшихся в своем идолопоклонстве, был в каком-то смысле невинным. Бог тогда еще не открыл себя человечеству и оттого принял эти младенческие попытки поклонения божественному началу как подготовку к взращиванию семени истинной веры в будущем. Святитель Иоанн Златоуст в своем слове на Пасху говорит: “Он и намерение чтит…”. И мы можем чтить их намерение, ведь их благороднейшие устремления — отчаянный поиск света веры — это отголосок жизни человека до грехопадения. Без сомнения, почва их сердец оказалась тщательно подготовленной и плодоносной, и семя Христианства пустило на ней корни с такой силой и прочностью, что Греция стала земной хранительницей Православной веры более чем на тысячу лет.

Нельзя забывать и о том, что сами греки превратили свои языческие храмы в церкви; к пятому веку Парфенон, посвященный богине Афине, стал христианским собором Святой Софии (Премудрости) и Пресвятой Богородицы. В его стенах ежедневно на протяжении тысячи лет (и более) служилась Божественная литургия, даже дольше, чем в храме Святой Софии в Константинополе. Как же еще называть Акрополь и Парфенон, если не святой землей? И кому помнить об этом, если не самим христианам?

Как-то в разговоре с одной православной англичанкой, много путешествовавшей по Греции, я рассказала ей о многовековой христианской истории Парфенона, и она заметила: “Это разъясняет одно мое недоумение. Дело в том, что при посещении Дельф [этот языческий храмовый комплекс пришел в упадок после того, как языческие богослужения были запрещены] у меня возникло мучительнейшее чувство: самый воздух и природа вокруг развалин, казалось, пропитаны горечью. Греки создали неземные по красоте храмы, но там меня преследует ощущение незавершенности, будто чего-то сильно недостает. В самом воздухе вокруг Дельф разлита печаль, словно эти развалины все еще ждут осуществления некоей полноты.… А вот при посещении Парфенона я почувствовала приливы глубокой радости, будто здесь случилось чудо, будто место это связано с чем-то прекрасным и святым. Даже лежа в руинах, Парфенон содержит в себе духовную правду”.

Православные греки всегда уважали своих дохристианских праотцев. На горе Афон трапезная Великой Лавры украшена фресками с изображением греческих античных философов: Филона, Солона, Пифагора, Сократа, Аристотеля, Фалеса, Галена, Платона и Плутарха. В Иверском монастыре на Святой Горе есть часовня в честь иконы Божией Матери “Вратарница”, и на ее стенах как свидетели исполнения своего собственного стремления к истине изображены Софокл, Солон, Фукидид, Плутарх, Платон, Аристотель и цари — Александр Великий и Дарий. И это не желание возврата к прошлому, какого хочет неоязычество — явление, которому точнее всего подходит эпитет “ни рыба, ни мясо”. Создатели этих изображений не рассматривают классическую традицию наравне с Христианством. Они лишь отдают дань уважения прошлому Греции и тем людям, чьи труды и творения порой предвосхищали приход Господа и подготавливали целый народ к принятию Его.

Статья предоставлена сайтом: православный интернет-магазин Psalom.ru. Источник статьи книга - православный путеводитель по Греции: "Евлогите"

Ссылка на сайт магазина: http://www.psalom.ru/